Стрелочники

1999 год. Февраль. В своем дворе, по дороге домой я вижу идущего навстречу Валерия. Он поздоровался и хотел пройти мимо, но в ответном приветствии я выразил большую симпатию к нему, и он, взяв влево подошел ко мне и подал руку. Мы обменялись рукопожатиями, завязался дружелюбный разговор. Из его рассказа о себе я понял, что в марте он выходит на пенсию в 50 лет. У него 18 лет «горячего» стажа – шахта, а потом ремонт доменных печей. Сейчас работает преимущественно строительным рабочим в фирме «Геркулес», производящей колбасы и другие мясные продукты. Говорит уверенно удовлетворенно. «Зарабатываю 200-250 гривень в месяц плюс будет пенсия около 85 гривень, итого 300. Можно жить. Да и на фирме, если нет наличности, дают продукцией со скидкой по оптовым ценам, не то что другие производства. Так что, голодным не будешь». Я смотрю на этого, вошедшего в «возраст реализации» мужчину. Он «нормально», чисто одет, выбрит, пострижен. «Нормально» подвыпивший. И чувствует себя, по-видимому, «нормальным» мужиком. Таким, как «все». Ловлю себя на мысли: «А хорошо ли быть «нормальным», таким как «все», и правильно ли быть «нормальным», таким как «все». И кто они эти «все»?» Он продолжает: «Да, жизнь тяжелая, надо работать, тогда все будет». «Да, ты прав, - говорю я, - надо думать и работать». «Нечего думать, будешь думать и сидеть – ничего не будет», - отвечает он. «Думать и работать», - пытаюсь поправить его я, но он само слово «думать» начисто не воспринимает, отмахивается. Я смотрю на него и удивляюсь его нормальности. Моя память отправляет меня на 28 лет назад. День рождения у Сергея П., ему 18. Гости в основном его бывшие одноклассники, я – самый молодой, мне 16. В середине веселья появляется Валерий. Говорят он недавно пришел из армии, студент-первокурсник торгового института. Он вызывает всеобщую симпатию. Девушки просто виснут на нем. Он ведет себя весьма тактично: вежлив, благожелателен, улыбчив, умен, мягок и силен одновременно. Чувствую к нему легкую зависть. Пытаюсь найти в нем изъян. И не нахожу! Он выше среднего роста, пропорционально сложен, телосложение ближе к атлетическому. Из-под закатанных рукавов рубашки видны по-мужски мощные волосатые предплечья заканчивающиеся белыми средней величины кистями с гибкими, чувствительными, музыкальными, холеными пальцами. Правильные черты лица, мягкие, но не по-женски, а по-мужски привлекательные. Он из интеллигентной семьи. С детства другие матери ставили его в пример своим детям. Все пророчили ему большое будущее. Да, перед ним все двери раскрыты. «Мне до него далеко», - думал я. И вот теперь. Если бы тогда ему и всем другим показали его нынешнего, никто бы в это не поверил. Но была же причина его падения! Его деградации. Этот вопрос я задал по контакту через Владимира. «Да, его судьбу изменили два человека, мужчина и женщина, - был ответ. - Они вмести и ввели в него установку: «Не надо думать, а надо брать то, что под рукой, т. е. пить, гулять, весело жить». Они вместе работали, работа была не обременительная и можно было «брать» без особого риска». Кто же эти двое? Возникает видение нашего общего с Валерием соседа, я только помню его кличку «Слон», данную за его рост и физическую мощь. Я вспомнил «Слона» пришедшего из армии из погранвойск, меня он поразил румянцем во всю щеку, и какой-то бьющей через край, фонтанирующей энергией. Он много пил, я его редко видел трезвого. Основная тема его разговоров – кабаки и женщины. К 40 годам он попал под следствия по подозрению в убийстве. Его знакомая «выпала» с балкона. Его не посадили, но вскоре он умер говорят от цирроза печени. Кто же второй женщина? Говорят: «Ты ее не знаешь, она была несколько старше Валерия и стала его учительницей по сексу и пьянкам». Думая о Валерии в моем сознании возник образ идущего на большой скорости мощного новенького локомотива, в кабине управления которого Валерий. Перед ним написан маршрут Донецк-Москва. Он отвлекся и не заметил, что невидимые для него две руки, мужская и женская, перевели стрелку, и он все больше и больше отклоняется от маршрута. И вот теперь он уперся в тупик в захолустном поселке, где на не мощеных улицах грязь и лужи и на вопрос: «Кто такой Сократ?», жители отвечают, что это наверное сорт сыра.

Конец 1 части

16. 02. 1999 г.